?

Log in

No account? Create an account

Здесь вам не Миссиссипи - а то ишь!

апр. 22, 2010

03:03 pm - Здесь вам не Миссиссипи

Previous Entry Поделиться Next Entry


© AKG-IMAGES
улица Унтер ден Линден, 1870 г.

К столетию со дня смерти Марка Твена газета Der Tagesspiegel опубликовала статью Андреаса Остилата о берлинском эпизоде биографии писателя, фрагменты которой я привожу ниже в собственном (возможно, местами слишком вольном) переводе.

"...Он был путешественником, говорившим и даже писавшим по-немецки. На этом языке он сам заполнил документы для получения немецкой визы: „Geborn 1835; 5 Fuss 8 ½ inches hoch; weight doch eher about 145 pfund, sometimes ein wenig unter, sometimes ein wenig oben; dunkel braun Haar und rhotes Moustache, full Gesicht, mit sehr hohe Oren und leicht grau, practvolles strahlenden Augen und ein Verdammtes gut moral character. Handlungkeit: Author von Bücher.“ (Прим. пер.: в сравнении с вышеприведенным пассажем "этвас копек ауф дем штюк брот" Кисы Воробьянинова звучит грамматически безупречно).

Но каким образом в октябре 1891 года в голове этого полиглота появилась остроумная идея провести в Берлине зиму? Каждый, кто бывал там в ноябре, знает, чтó его ждет, тем более, что в 1891 году небо дополнительно затемнялось угольным дымом из сотен тысяч дымоходов.

В том, что Марк Твен был весьма высокого мнения о Берлине, можно убедиться, прочтя эссе, написанное им для „Chicago Daily Tribune“ под заголовком „The Chicago of Europe“. „Берлин представляется мне самым упорядоченным городом мира,“ - говорится в нем. Или это все-таки типичный твеновский сарказм? „Приезжие обязаны пройти регистрацию в полицейском участке в течение 6 дней“, - написано в путеводителе издательства Baedeker „Берлин и окрестности“ 1891 года.

Не избежал контакта c прусскими властями и Марк Твен, и конечно, они зарегистрировали его не под псевдонимом, а под его настоящей фамилией. „Клеменс, С. Л. (Сэмьюэл Лэнгхорн), без определенных занятий, "В", Кёрнерштрассе 7, I“, гласит запись в адресной книге Берлина за 1892 год. „В“ обозначает Вест, один из западных районов города, сегодняшний Тиргартен, „I“ - первый этаж (прим. пер.: второй по-нашему), поскольку семейство Клеменс занимало апартамент над квартирой хозяина дома, некоего г-на Киллиша, отставного ротмистра.

Если выбор времени года - первая ошибка Твена, то выбор квартиры - ошибка вторая. Впрочем за нее в ответе не сам Марк Твен, а его жена Оливия, Ливи, которую он нежно любил всю свою жизнь... Оливия первой приехала в Берлин и сняла там квартиру, по всей видимости, чтобы сэкономить деньги.

Третье путешествие в Европу, приведшее Твена в октябре 1891 года в Берлин, выглядело почти как бегство. Марк Твен опасался, что уже не сможет себе позволить дорогостоящую жизнь в родном Хартфорде, штате Коннектикут. Дело в том, что он инвестировал все свои деньги в какой-то странный механизм, который должен был якобы произвести революцию в книгопечатании и сделать Твена миллионером. Но изобретатель механизма так и не сумел запустить свое детище. Вот Твен и решил, что пожив некоторое время в Европе, он сможет сэкономить денег. Правда писать в Берлине у него на первых порах не получалось. Зато он перевел на английский язык детскую книжку "Struwwelpeter", ощущая прямо-таки родство душ с главным героем - „Slovenly Peter“, потому что и сам терпеть не мог есть суп. (Прим. пер.: речь идет о поучительной детской книжке, в которой на наглядных примерах, преимущественно методом запугивания, детям объясняется, почему они должны мыться, причесываться, стричь ногти и есть суп, и не должны играть с огнем, сосать палец и перечить старшим. Популярна до сих пор. У меня вызывает ужас и оторопь.)

Короткая, метров 300, улица Кёрнерштрассе, соединяющая Лютцоштрассе и Польштрассе, на поверку оказывается „раем для старьевщиков", так именует ее Твен. Видимо, маклер обещал супругам квартиру в хорошем районе, но обманул, как водится. „Место, приличествующее богам“, называет его Твен в сатирической заметке об этом уголке Берлина, написанной в виде воображаемого диалога клиента с маклером. „Но отчего дома здесь выглядят как-то уж очень обыкновенно?“, спрашивает клиент. „Ну что Вы,- отвечает маклер, - это всего лишь причуды живущего здесь дворянства, знаменитого своей скромностью". В окно Твену видны играющие в грязи орущие дети и женщины в халатах, целыми днями просиживающие у окна, оперевшись локтями на подушку. Квартира при этом не такая уж и дешевая. А вскоре, 1 декабря 1891 года Твен получает от прусских властей уведомление о взыскании с него налога на жилплощадь в сумме 48 марок 40 пфеннигов. В 1891 г. на такую сумму можно было неделю прожить в отеле высшего класса. „Как долго Вы собираетесь прожить в Берлине“, спросил как-то Твена репортер воскресного приложения газеты „Berliner National Zeitung“. „До тех пор, пока ваши налоги не заставят меня отсюда уехать“, ответил Твен. И пожаловался на дополнительный церковный налог 12 марок. Как же так? Он ведь всего однажды ходил в Берлине в церковь. На второе посещение денег может и не хватить.

В принципе семья Клеменс уже почти готова была уехать, и все же Берлину был дан еще один шанс. Марк Твен забывает о своих благих намерениях и нанимает номер люкс из восьми комнат в отеле "Рояль", Унтер ден Линден, дом 3, угол Вильгельмштрассе. Напротив спустя несколько лет будет построен отель "Адлон". В путеводителе Baedeker издания 1891 г. "Рояль" обозначен как фешенебельный отель. Переселившись туда, Клеменсы получают совсем иное впечатление от Берлина. Город начинает им нравиться, тем более, что к тому моменту уже шесть книг Марка Твена переведены на немецкий язык и пользуются огромной популярностью. „Мы с Сюзи ужасно гордились, что мы его дочери. Нам очень нравилось, что все на нас смотрят, когда мы заходим в ресторан", - пишет в своих мемуарах дочь Твена Клара. А один американский турист, путешествоваший в то время по Германии, записал в своем дневнике: „Не думаю, чтобы нашелся какой-нибудь другой англоязычный автор, книги которого здесь читали бы так же часто.“ Твена даже останавливали на улице, впрочем иногда, путая его с другими известными деятелями. „Меня дважды приняли за Моммзена“, - пишет Твен в записной книжке, имея в виду Теодора Моммзена, выдающегося немецкого историка: „У нас одинаковые прически, но при ближайшем рассмотрении выяснилось, что мозги наши сильно отличаются друг от друга.“

Берлин уже успел переварить крах эпохи грюндерства в 1873 году и последовавшую за этим депрессию и очень быстро развивается. За 25 лет вдвое выросло население города, возникают все новые и новые улицы, ровные, как вычерченные по линейке. „Основная часть города производит такое впечатление, будто бы она постороена только на прошлой неделе, в то время как оставшаяся часть выглядит, как будто со времени строительства прошло шесть, а то и целых восемь месяцев."- пишет Твен. "Рядом с Берлином Чикаго выглядит весьма почтенно." Очень впечатляют писателя тротуары, „которые шире, чем в иных городах главные улицы.“ Вот только систему нумерации домов он считает довольно непрозрачной. (Прим. пер.: в этом он совершенно прав!)

Американского писателя часто приглашают на приемы. На торжественном банкете в честь 70-летия Рудольфа Вирхо и Германа Гельмгольца он сидит рядом с юбилярами. "Пропуск" в высшее берлинское общество дает ему его кузина Элис Клеменс из Сент-Луиса, в свое время вышедшая замуж за прусского офицера. Генерал Максимилиан фон Ферзен - из ближайшего окружения кайзера.

Твен выступает на публике с лекциями, в частности, о немецком языке, о котором он за 13 лет до того сочинил эссе „Ужасный немецкий язык“. Не ужасно ли, писал он в нем, что "девушка" по-немецки среднего рода, то есть бесполая, в то время как "тыква" не только имеет пол, но он к тому же еще и мужской! Английский по мнению Твена можно выучить за 30 дней, французский за 30 недель, в то время как на изучение немецкого понадобится никак не меньше 30 лет – вот только в Берлин за этим приезжать он бы не порекомендовал. По всей видимости Марк Твен испытывал затруднения с берлинским диалектом. „Берлин несомненно средоточие интеллектуальности“, - пишет он в записной книжке. И нет лучше места, если вам нужен хороший врач. Я даже полагаю, что нет ничего на свете, чему здесь нельзя было бы научиться. Ничего, кроме немецкого языка.“

Фраза насчет врача - не шутка. Финансовое положение Марка Твена - это только одна из причин, приведших его в Европу.Другая причина - состояние здоровья его жены Оливии, страдающей сердечной недостаточностью. Супруги успели побывать на разных курортах Европы и в Берлин приехали непостредственно из Мариенбада. Твену в этот момент исполнилось 56 лет. Он тоже не очень крепок здоровьем - его донимают ревматические боли в правой руке, мешающие ему писать.

Однако зимний Берлин - это не то место, где можно поправить здоровье. Наоборот, МаркТвен в довершение ко всему подхватывает простуду, которая превращается в воспаление легких и чуть не сводит его в могилу. Почти четыре недели он вынужден соблюдать постельный режим и не может принять приглашение на ужин от самого кайзера Вильгельма II, который желает увидеться с американской знаменитостью. Император настаивает на переносе встречи на любое удобное время. Марка Твена такая перспектива скорее тяготит, не в последнюю очередь из-за придворного этикета: „Не люблю, когда кто-то говорит мне, как я должен одеваться.“

В феврале они наконец встречаются за ужином. Твен сидит по правую руку от кайзера, который, будучи родственником королевы Виктории, свободно изъясняется по-английски и оказывается большим поклонником творчества Марка Твена. Больше всего Вильгельму II нравится эпизод из "Пешком по Европе", посвященный Гейдельбергу, а также книга "Жизнь на Миссиссипи". Но когда кайзер с похвалой отзывается об американской системе пенсионного обеспечения ветеранов войны, Твен не может не возразить монаршей особе. Он не любит военных, а пенсионные фонды считает рассадником коррупции. Услышав это, кайзер сухо замечает: его собеседник - яркое подтверждение тому, что юмористы в жизни люди довольно невеселые. В дальнейшей беседе государь обходится лишь краткими замечаниями.

В марте 1982 года Твен вместе с женой Оливией по совету врачей покидает холодный город. Супруги направляются в Ментон, на юг Франции. Их 17-летняя дочь Клара остается в Берлине, чтобы закончить музыкальное образование. Остается только гадать, как мог Твен разрешить ей это, зная, что барышня неравнодушна к душкам-военным в эполетах. В архиве сохранилось одно резкое письмо отца к дочери (цитата: „Европейка никогда бы себя так не повела!“). Но Клару голыми руками не возьмешь. Она вполне может постоять за свою честь, о чем мог бы поведать ее учитель музыки, который начал было к ней приставать. В дальнейшем она становится оперной певицей, выходит замуж, причем не за офицера, а за русского пианиста Осипа Габриловича, и периодически наезжает с ним в Берлин.

Путешествие в Европу не спасает Твена от разорения. В 1894 году он вынужден объявить о банкротстве, к 60 годам потеряв все, что имел. Больших романов он уже не напишет, антирасистский роман „Простофиля Вильсон“, написанный в 1894 году, станет последним. И все-таки он отправляется в четвертое по счету путешествие, на сей раз вокруг света, давшее ему материал для цикла лекций и для новой книги. Это принесло ему достаточно средств, чтобы до 1898 года расплатиться с долгами, которые на тот момент исчислялись суммой 200 000 долларов. Однако за кругосветное путешествие ему пришлось заплатить высокую цену: пока он путешествовал, дома от менингита умерла его любимая дочь Сюзи.

От этого удара ему так и не суждено было оправиться. К одному горю вскоре добавилось другое – в 1904 году умерла его любимая жена Оливия. „Почему мне не позволено уйти вместе с ней?“, - пишет Твен другу. Желание его сбылось лишь 6 лет спустя. Марк Твен умер 21 апреля 1910 в Рэддинге, штат Коннектикут, немного не дожив до своего 75-летия.

А ненавистного дома на Кёрнерштрассе тогда уже не было и в помине. Его снесли в 1902 году и построили на этом месте почтамт, который стоит там и по сей день."

из статьи Mark Twains Berliner Winter, Der Tagesspiegel, 18.04.2010

Comments:

[User Picture]
From:ligrin
Date:Апрель 22, 2010 04:32 pm
(Link)
спасибо, ужжасно интересно!
(Ответить) (Thread)
[User Picture]
From:berlinka
Date:Апрель 22, 2010 04:59 pm
(Link)
Спасибо и Вам за внимательное прочтение ;)
(Ответить) (Parent) (Thread)
[User Picture]
From:ligrin
Date:Апрель 22, 2010 05:31 pm
(Link)
Ну, и что вы творите? Прибежал домой - планов громадьё, а в итоге сижу и читаю, как зачарованный! Спасибо!
(Ответить) (Parent) (Thread)
[User Picture]
From:berlinka
Date:Апрель 22, 2010 06:00 pm
(Link)
Простите, дяденька! :)) Спасибо, мне приятно, значит, не зря старалась.
(Ответить) (Parent) (Thread)
[User Picture]
From:larisa_zv
Date:Апрель 22, 2010 07:40 pm
(Link)
Супер, спасибо, Таня! Очень интересно и познавательно! А по поводу изучения языков я с метром абсолютно согласна!
(Ответить) (Thread)
[User Picture]
From:berlinka
Date:Апрель 22, 2010 08:18 pm
(Link)
Я очень рада, Лариса! Мне и самой было ужасно интересно читать и переводить.
(Ответить) (Parent) (Thread)
From:toropygina
Date:Апрель 22, 2010 08:50 pm
(Link)
прочитала с интересом, )) В Берлин, в Берлин!))
(Ответить) (Thread)
[User Picture]
From:berlinka
Date:Апрель 22, 2010 09:50 pm
(Link)
Двух мнений быть ене может!
(Ответить) (Parent) (Thread)